До принятия постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 24 апреля 2026 г. № 27-П в судебной практике существовал практически единый подход.
Если уголовное дело заканчивалось обвинительным приговором, суды автоматически отказывали осужденному в возмещении заработной платы, утраченной вследствие временного отстранения от должности.
Логика была простой. Поскольку обвиняемый признан виновным, права на реабилитацию он не имеет. Следовательно, отсутствуют и основания для компенсации имущественного вреда.
Конституционный Суд признал такой подход чрезмерно формальным.
Он указал, что отсутствие права на реабилитацию не означает, что государство освобождается от обязанности возместить вред, причиненный незаконным или необоснованным применением меры процессуального принуждения.
Временное отстранение от должности предусмотрено статьей 114 УПК РФ.
На практике эта мера широко применяется по уголовным делам о:
- получении и даче взятки;
- злоупотреблении должностными полномочиями;
- превышении должностных полномочий;
- коммерческом подкупе;
- должностных преступлениях в государственных и муниципальных учреждениях.
После вынесения судебного решения работодатель обязан отстранить работника. Нередко уголовное дело расследуется год и более. Все это время обвиняемый не получает заработную плату либо получает государственное пособие, которое значительно меньше обычного дохода.
Если затем выясняется, что оснований для столь длительного ограничения трудовых прав не было, возникал закономерный вопрос: кто возместит причиненный ущерб? До Постановления Конституционного Суда судебная практика почти всегда отвечала — никто.
Конституционный Суд указал, что временное отстранение от должности является серьезным вмешательством в конституционное право гражданина на труд.
Поэтому каждое применение данной меры должно отвечать требованиям:
- законности;
- необходимости;
- соразмерности;
- обоснованности.
Если впоследствии установлено, что мера была применена незаконно либо без достаточных оснований, имущественный вред подлежит возмещению независимо от того, был ли человек впоследствии осужден.
Иначе говоря, виновность в преступлении не устраняет автоматически ответственность государства за незаконные процессуальные решения.
Для защитников это Постановление имеет огромное практическое значение.
Теперь адвокат может ставить вопрос о возмещении заработной платы даже после вступления обвинительного приговора в законную силу, если имеются основания утверждать, что временное отстранение было незаконным либо явно несоразмерным.
Особое внимание следует уделять:
- отсутствию доказательств того, что обвиняемый способен повлиять на свидетелей;
- отсутствию риска уничтожения документов;
- чрезмерной продолжительности ограничения;
- изменению обстоятельств уголовного дела, при которых необходимость дальнейшего отстранения отпала.
После принятия Постановления неизбежно возникнут вопросы.
В частности:
- какие именно нарушения следует считать достаточными для признания отстранения незаконным;
- каким образом рассчитывать размер утраченного заработка;
- подлежит ли компенсации упущенная возможность получения премий, надбавок и иных выплат;
- распространяется ли правовая позиция Конституционного Суда на иные меры процессуального принуждения.
Ответы на эти вопросы, скорее всего, будут сформированы Верховным Судом РФ.